Кто главнее — зачастую зависит не от должности или звания, а отобстоятельств.Бывает и шестерка туза бьет. Вспомнился следующий случай.Четверть века назад служил я рядовым в маленькой воинской части, но вбольшом городе – с трамваями и троллейбусами. Поскольку часть маленькая(10 рядовых и 30 офицеров), то солдаты питались в военном училище, докоторого добирались на трамвае. И это постоянное соприкосновение сгражданским населением серьезно ослабляло нашу боеготовность: воротничкирасстегнуты (жарко), ремни поддерживают животы снизу…И вот стоим мы в таком расслабленном состоянии на остановке в ожиданииобщественного транспорта. Кто хочет – курит.Вдруг, рядом с остановкой останавливается «Жигуль», из него выходитэтакий крепкий старлей и направляется к нашему пообедавшему отделению.Поскольку в нашей маленькой в/ч ниже майора были только мы то,естественно, старлей, как офицер, не был идентифицирован. Хотя повозмущенному пыхтению подходившего крепыша можно было догадаться, чтосвою роль в Советской армии он оценивал иначе.— Бойцы! — сказал он, стараясь говорить жестко и брезгливо. (Тут онсделал глубокую затяжку из окурка, с которым вышел из машины, и зажавего между большим и средним пальцем по высокой траектории щелчкомнаправил в сторону урны. «Промазал!» — вслух отметили мы.)— Ваши документы,- закончил он свою фразу и лениво протянул руку.(Небольшое отступление. Недавно смотрел по телевизору передачу, гдеведущий удивлялся: мол, почему на крутых автосервисах мелкая обслуга такнагло себя ведет с клиентами – обладателями Ауди и Мерседесов? Один изруководителей сервиса предположил, что от длительного общения ссостоятельными людьми менеджеры теряют грань между своим уровнем иуровнем клиентуры. Отсюда и фразы «цена этого автомобиля всего лишь120 000 долларов».Этой параллелью я пытаюсь объяснить наше дальнейшее поведение.)Протянутая рука уткнулась в Игорька. Это была ошибка.Если бы офицерская длань выбрала другую жертву, то она (жертва),смущаясь, начала бы нести что-нибудь типа «забыл дома». Но Игорек былсделан из другого теста. Он был наглый, веселый и все происходившеевокруг него всегда воспринимал как очередное радостное приключение.Поэтому он ответил за всех в таком духе «не вы («вы» с маленькой буквыпередал интонацией), товарищ старший лейтенант давали — не вам изабирать! И уберите руки…Чего хватаете! Я щас тоже схвачу! И т.д.»Я думаю, что у себя в железнодорожных войсках он давал в репу и задесятую часть сказанного. Но тут случай был другой – солдаты чужие истоящие на остановке гражданские стали роптать, мол, чего к ребятишкамцепляешься.— Ты, сука,- сказал обращаясь к Игорьку кипящий железнодорожник,- едешьсо мной! И я тебе клянусь, что до конца службы, ты (сука, ес-но) с губыне выйдешь!Игорек на губу не хотел и поэтому он, увернувшись от эскаваторных лапсвоего гонителя, запрыгнул вместе со всеми на подножку подошедшеготрамвая.Ворот нашей части процессия из трамвая и «Жигуля» достигла безпроисшествий.На проходной нас встретил не совсем трезвый дежурный майор, которыйобъяснил подбежавшему старлею, что выдать ему Игорька не может,поскольку тот заступает на пост.Так и разошлись рядовой и старлей с думами о дальнейших планах мести.Что уж надумал железнодорожник я не знаю, но свой план Игорекпрокомментировал словами: «через две недели будет у меня в ногахваляться».Через неделю дежурный звонит нам в подразделение и говорит, что пришелдавешний офицер и просит Игорька выйти поговорить. Игорек ответил в томдухе, что пленных не берет, а поговорить будет готов через неделю. Нанаши вопросы отвечать отказался.Еще через неделю ситуация повторяется с той разницей, что встречасостоялась. Вернулся сослуживец с пакетом, из которого достал двебутылки водки, колбаску и консервы на закуску.После первого стакана мы и узнали причины полученной контрибуции.Был этот мой сослуживец телефонистом и осуществлял соединение частейвоенного округа между собой. Поэтому по фамилии он знал сотни офицеровокруга, и когда старлей представлялся нашему майору — Игорек заметнооживился.Фамилия железнодорожника оказалась ему знакомой как частого дежурного посвоей части, который обязан докладывать в округ о своевременностизаступления на дежурство. Прямой связи у них нет. Только через нас.Ахиллесова пята офицерского благополучия была найдена.За систематические опоздания в докладах бедного мужика стали оставлятьна повторные дежурства. Попытки рассказать о мерзавце-телефонистевоспринимались как детский лепет. На угрозы по телефону Игорек отвечалвстречными угрозами продлить карантин.Через две недели условия перемирия и размеры контрибуции былисогласованы.Спустя четверть века, конечно, жалко взрослого мужика радеющего задисциплину и униженного молодыми говнюками. Но, может быть, это помоглоему в дальнейшем внимательнее смотреть на нижестоящих и предотвратило вего жизни еще бОльшие неприятности.
Когда власть говорит, что судьям надо повышать зарплату с целью профилактики коррупции, я думаю, сколько ж надо было платить судье Верховного суда Момотову, чтобы он отказался от девяти миллиардов…
